Сэфэс (Ирчи)
Тормоз - тоже механизм
Название: Зарисовки
Автор: Сэфэс (Ирчи)
Категория: гет
Рейтинг:PG-13
Персонажи и пейринги: ж!Амелл
Жанр: Ангст, Философия, POV, AU
Размер: мини
Аннотация: Зарисовки из дневника и воспоминания
От автора: Прошло уже много лет, но история Амелл не уступает
Статус: 5 частей, в процессе

ficbook.net/readfic/2869788

Зарисовка 1 - Башня

Что помнят о своей прошлой жизни дети, попавшие в круг? Как я успела понять, до обидного мало.
Только у тех, кто попал в Башню после 5-6 лет, есть цельная картинка, да и она со временем стирается из памяти, а остальные кто-то помнит лица, запахи или звуки, возможно имена или названия, которые мало о чем им говорят, а у кого-то остается лишь имя.
Амелл – все, что осталось мне. Нет ни запахов, лиц или хоть любого иного намека на мою прошлую жизнь, ничего кроме Башни, лица Первого чародея и холодного голоса рыцаря-Командора. Вот с чего начинаются большинство воспоминаний тех, кто вырос в круге, тех, кого Винн зовет «детьми» Круга.

-Эй, Амелл!
- Тут интересные слухи дошли из Вольной Марки.
- Какое мне до этого дело?
- Ну, это слухи про аристократов с именем Амелл. Представляешь, у этой благороднейшей семьи около 7 лет назад родился ребенок бастард, да еще и с магическим даром. Такой позор для них.


Нас растят с мыслью о том, что мы неугодны Создателю, что мы его ошибка, что мы прокляты и из-за подобных нам рухнул Золотой град. Тогда возникает закономерный вопрос: раз Создатель столь могущественен, то почему маги еще существуют? Почему продолжают появляться на этот свет? Почему мы умеем любить и ненавидеть, радоваться и плакать?
Разве мы ошибка? Нет, мы такие же его дети, просто он дал нам чуть больше, и он нас любит какими бы мы не были. И все что нам говорят – это лишь зависть. Зависть и страх, что настолько плотно поселились в сердцах, не обладающих даром и храмовников. Последние своим упрямым благочестием прикрывают его, не вольные набраться сил и признать свою слабость.

- Йован, как ты думаешь, что за пределами круга?
- Не знаю, но думаю, там будет хуже, чем здесь.
- С чего ты это решил?
- Нас боятся и ненавидят, многие из магов неотличимы от людей внешне, но…
- Что за "но"? Не отводи взгляд, Йован, я не одна из этих железных бочек на ножках, чтобы меня боятся.
- Твои глаза, Вест. У тебя слишком нечеловеческие глаза.


Вы задираете нас и боитесь, что мы ответим. Вы ненавидеть нас, за наши силы. Вы пытаетесь превратить нас в стадо овец, но мы отказываемся быть агнцами. Так не вы ли сделали ошибку?
Ошибку в том, что вы в вашем страхе клеймите наш лоб.
Ошибку в том, что вы внушаете нам страх перед теми, кто отказался жить в предоставленной золотой клетке.
Ошибку в том, что вы свою честь прикрываете бесчестием.
Ошибку в том, что вы скрываете свою слабость под холодным металлом доспехов.
Ошибку в том, что вы даже себе запрещаете любить нас.
Думаю, любой, кто прочтет эти строки, посчитает меня отступником. Но мне как-то уже нечего терять, я сделала самое худшее, что могла. Предала друга ради навязанных мне идеалов. Все так быстро и в один день. Я прошла Истязание, предала своего единственного друга и, шагнув в бездну, согласилась стать Стражем…

- Первый Чародей?
- Я рад, что все прошло хорошо. Как ты?
- Уже пришла в себя. Йован… вы действительно хотите его усмирить?
- Да, Рыцарь-Командор Грегор нашел для этого некоторые доказательства, и мне придется принять их, хотя видит Создатель, я этого не хочу.
- Вот как. Вы поэтому не подвергали его Истязанию, так? Он не может быть малефикаром, я уверена. Я знаю его очень долго, у него даже боевые заклинания получаются не с первого раза. Это из-за вас он решил…
- Что решил?
- Нет, ничего. Простите, мне пора.
- Чародейка Амелл.
- Он решил сбежать и попросил меня о помощи. Йован попросил помочь ему уничтожить его филактерию.


Прости, Йован, моя ошибка это ты.

Зарисовка 2 - Остагар

То, что война - это крайне дерьмовая вещь, легко осознается еще с порога, даже не делая последний шаг в лагерь под Остогаром.
Ноги гудят, после долгих и непривычных переходов. Хочется обратно в Башню, под защиту древних стен и озера. Спрятаться в библиотеке, среди книг и тихого шепота, затеряться среди магов и привычно игнорировать подозрительные взгляды храмовников. Гордо носить свой посох, звание и новую мантию, осознание что теперь я такая же как они, полноправный чародей. Это снится во снах, утром же настигает горечью и осознанием того, что уже ничего не будет так как прежде.
А потом везет натолкнуться на короля Кайлана, а в след за ним и тэйна Логейна, от последнего становится особенно не по себе.
Слушая, слова Дункана о поиске порождений, как-то странно и страшно понимать один простой факт - теперь все это моя жизнь. Вечные переходы от одного места к другому, взгляды и перешептывания в спину, как будто клейма мага было мало.

- Подожди, надеюсь ты не маг?
- А у тебя с этим какие-то проблемы? Да, и что за ссора у тебя была с этим магом.
- Я всего-то передал просьбу преподобной матери, а он злиться, что это сделал бывший храмовник.


Все что остается это вздохнуть, взять покрепче посох и идти за Алистером, всей кожей ощущая, что рядом храмовник и при взгляде на него, вспоминать совершенно другую спину и улыбку. Амулет на шее, хоть как-то согревает в этот момент.

- Вы вчетвером отправитесь в дикие земли Каркарии, чтобы выполнить два задания. Первое – это три пузырька с кровью порождения тьмы, на каждого из вас. Второе – древние договоры Стражей, они помогут нам объединить силы.

И вот после этого все окончательно идет наперекосяк.
Гонка по пустошам от порождений тьмы, в поисках безопасного места, чтобы залатать спутникам раны, пусть они и косят недоверчивым взглядом, следя за каждым движением, но знание трав, каких-то слабых лечебных заклинаний и поддержка в бою, заставляет их смирится с присутствием мага в их небольшом отряде, а потом даже привыкнуть.
Встреча с Морриган и ее матерью, была ярко и оглушающей, а еще очень четко показывающий разницу между вами двумя. Морриган свободная и дикая, словно стихия или зверь, сложно не быть завороженным этой ничем не загнанной в рамки силой.
Пропасть, кажется, невозможно непреодолимой.

- Не буду скрывать, мы дорого платит за то, чтобы быть теми, кто мы есть. Первый страж, испил кровь порождений тьмы и смог укротить скверну.
- Нам… нам придется ее пить?
- После этого мы становимся неуязвимы для крови порождений тьмы, а скверна в наших жилах, позволяет нам чувствовать их местоположение.
- Те… кто выживают. Значит, все мы здесь смертники.


Архидемон.
Сила, которая порождает дрожь в теле.
Сила, которая вызывает первобытный страх.
Сила, которая сеет лишь смерть.
Сила, которой чуждо все человеческое.
Сила, которая преследует тебя во снах.
Я знаю, что не переживу это бойню, назвать сражение с этой силой «войной» после увиденного, язык не поворачивался, но лучше умереть так, чем весь остаток ходить куклой с пустыми глазами и состоянием не-смерть и не-жизнь.
Башня Ишал звала к себе холодными проемами окон и неожиданно свалившимся на плечи долгом.


Зарисовка 3

И вот сидя на каменных ступенях и лениво глядя на Лотеринг, четко понимаешь, что в этом проклятом кем-то мире совершенно один, за спиной компания из ведьмы Диких земель и толи стража, толи храмовика, а на руках старые, никому уже множество веков ненужные договоры, все это приправлено горьким осознаванием того, бежать некуда. В своим шестнадцать лет, люди мечтаю о другом, даже если они маги.
Спина болит от посоха, кожа на руках огрубела и появились первые мозоли. Тело в вечном напряжении, когда всем своим существом прислушиваешься к тихой песни скверны в крови, жаль, что только от людей это не спасает. Обычны искалеченных войной людей, которые выходят на дороги и обращаются совсем в других чудовищ. Теперь на руках есть еще и их кровь.

- Лотеринг, как на картинке!
- О, ты наконец соизволил с нами заговорить. На меч бросаться передумал или еще нет?
- Ты то что? Никогда никого не теряла. Неудивительно, что у тебя совсем нет друзей.
- Дружелюбие изобразить можно, а вот с умом такой фокус не пройдет.


Наблюдая за облаками, ощущаешь некоторую зависть к небу, в его вечном спокойствии. Размышляя, что не помешало бы и себе немного этой спокойствия, а не ощущения огня и крови на коже. Вдыхая воздух, все еще чувствуется запах гари и паленой плоти, хотя здесь этому взяться неоткуда. Мор пока не добрался до этих мест.
Старая церковь, в которой люди ищут спасения, или в вере. Они даже не обращают внимания на посох только плачут, молятся и спят. Есть ощущение что Мор уже дошел до них, а ведь это так. Пусть физически порождения еще в паре дней пути, но в сердцах людей Мор уже давно тут.
Они верили в своего короля, а теперь он мертв. Юный, добрый и молодой король, который так хотел быть героем и верил, что станет им. Теперь он мертв, как и Дункан. Единственный человек, который бы мог хоть как-то разрешить все эти проблемы, которому хватило бы знаний и сил – мертв.

- Смотри! Кажется, мы все утро искали людей с подобной внешность, а нам все врали, что даже в глаза их не видели.
- Давайте поговорим и решим вопрос миром?
- Миром? После того как вы, Серые стражи, предали короля Кайлана?


Глядя на стражников Логейна, наглых и считающих себя кем-то выше остальных, испытываешь одну лишь закипающую злость. Руки пришлось сжать в кулаки, чтобы не дать магии сорваться с пальцев, ведь так хотелось выжечь огнем ухмылки с этих лиц.
Обвинение в предательстве ударило под дых, хотелось плакать и кричать. Я не хотела всего этого! Я просто хотела помочь своему другу!
Теперь за спиной Мор, а впереди лишь куча проблем и это обвинение одна их многих. Разговор все равно завершился дракой, боевые заклинания легко срывались с пальцев, стремясь уничтожить моего противника. Человек слабее Порождения.
Вышел из таверны, мой небольшой отряд, в гробовом молчании.

- Позволь представиться, я Лилиана, послушница церкви в Лотеринге. Я знаю, что теперь тебе понадобиться все возможная помощь, чтобы остановить Мор.
- И чем же ты можешь мне помочь?
- Создатель велел мне присоединится к тебе.


Мне с трудом удалось сдержать смех, услышав эти слова. Лилиана была старше меня, и она была прекрасна в своей искренней вере в Создателя, жаль, что я в него не верила. А если он действительно есть, то он любит жестокие шутки и совсем не любит своих созданий, эльфийские боги и то милосердней.

- Жители говорят, что он вырезал целую семью, всех включая детей.
- Да, они так говорят? Стэн из Веересада отряд авангарда, из народа кунари.
- Смотри, гордое и сильное создание поймали и посадили в клетку, на поживу Порождения тьмы. Может выпустим его, хотя бы из сочувствия?


Так в моей сборище отщепенцов-самоубийц появились кунари и послушница. А доверять я смогла по-прежнему только мабари, который доверчиво и открыто смотрел мне в глаза и согревал каждую ночь, давая хоть какую-то надежду что я не одна.
Ночью, когда мы уже покинули Лотеринг, меня настиг кошмар. Я опять видела полчища Порождение тьмы и Архидемона, чувствуя его взгляд на себе. Проснувшись, я крепче вцепилась в шкуру пса, стараясь хоть так вернуть себе ощущение реальности и вырвать сознание из ночного кошмара, уж лучше бы мне опять снилась Тень, со всеми ее демонами.

- Что кошмар приснился?
- Да… все было слишком реально. Я бывала в Тени, но даже там… даже, там я могла понять, что меня окружает сон. А тут все было слишком реально.
- В каком-то смысле это и была правда. Скверна в нашей крови позволяет нам слушать Порождения тьмы и Архидемона, вот ты и услышала их. Во сне.


Я тихо рассмеялась, стараясь чтобы смех не казался истеричным. С самого детства во снах меня преследовали демоны Тени, теперь там еще поселился разговорчивый Архидемон со всеми своим Порождениями.
Ночи теперь я буду ненавидеть еще больше.

Воспоминание – Детство

Тихие шаги маленького ребенка, который крадется вдоль стены. Фигурка почти теряется среди богатого убранства дома, а ночные тени надежно прячут ее в своих объятьях. Ребенок упрямо крадется по известным только ему делам, прислушиваясь к тишине дома. Она хочет к маме, ведь мама спасет и прогонит кошмары. Прогонит эти страшные шепчущие силуэты, которые ее куда-то зовут. Это же мама, а мама самая сильная.
- Ревка, мало того, что принесла эта дитя в подоле, так еще оно оказалось магом, - раздраженный мужской голос доносился из гостиной.
Ребенок замер, услышав имя матери и недовольные интонации деда. Девочка не поняла, что говорят про нее, слишком непривычные интонации, но от них хотелось спрятаться или взять маму за ее теплую и большую руку.
- Мало мне было Лианрды с ее побегом, так еще и ты.
- Дядя, еще не доказано, что она маг, - усталый женский голос, попытался возразить, но в ответе скользила обреченность и понимание бесполезности споров с судьбой.
- Не доказано? Ты в глаза своему ребенку смотрела или сил не хватает? У нее нечеловеческие глаза, Ревка, даже знать не хочу от кого ты понесла это отродье.
- Аристид, что вы предлагаете? – ребенок, прячась за колонной, смотрит как мама садиться в кресло, пряча в ладонях лицо.
Она никогда не видела, чтобы мама вот так горбилась и была раздавленной. Да, мама может быть недовольной, а может и погладить по голове в скупой похвале, но это же мама! Самая лучшая и сильная.
- Завтра ее заберут храмовники и отправят в круг магов.
- Я… смогу ее навещать?
- Нет, твое отродье отправиться в Ферелден.
- Что?..
- У нее останется имя рода, но это все что будет связывать твое дитя и наш род.
Девочка молча наблюдает за мамой и дедушкой, а за спиной ей слышится тихий и довольный смех.
«Ты наша, юная Амелл», - ласково шепчет ей Тень, навсегда оставаясь во снах.

Зарисовка 4 - Лес

Лес Бресилиан встретил деревьями, какай-то тишиной и недружелюбными эльфами. Улыбаться, когда на тебя нацелены стрелы, не самое легкое и приятно дело, а ведь с эти недружелюбными типами, надо как-то договориться и убедить сражаться на твоей стороне с Мором.
Губы улыбались, но внутри было ощущение полной безнадежности всей ситуации, голова болезненно пульсировала от недостатка сна в последние дни. Мор движется, пусть это незаметно обычно глазу, но я чувствовала этой всей кожей прислушиваясь к миру.
Когда я была еще в Башне, то наткнулась на книгу в которой говорилась о навыке, помогающем чувствовать местоположение существ рядом с собой и под насмешки Морриган, я каждый вечер садилась у костра, пытаясь вспомнить и понять, как это работает. Пусть все и считают это безнадежной тратой времени, но мне надо хоть чем-то занять себя и свои мысли, чтобы не сойти с ума или не закатить позорную истерику.
Вечные перепалки между Морриган и Алистером, моим нервам успокоения не приносили, зато было неожиданно спокойно со Стэном. Можно было просто сесть рядом с ним и ни о чем не говорить, он первое время на меня поглядывал подозрительно, а сейчас привык. Мы даже иногда разговариваем и делимся воспоминаниями, мнениями о тех или иных вещах. Он честно пытается объяснить мне про Кун, но сама идея этой веры, кажется, мне такой же сумасшедшей как вера в Создатедя, но я вежливо молчу, а он все понимает и продолжает. Хоть какая-то идиллия в нашем отряде.

- Мне говорили, что вы уже много лет являетесь Хранителем этого клана.
- Да, уже сотни лет. Рано или поздно, все из долийцев вернут себе былое бессмертие, пока же это удалось лишь единицам.
- А что за проклятье?
- Вначале его разносил только Бешенный клык, теперь любой оборотень.


Как за несколько часов в лагере долийцев я умудрилась ввязаться в несколько весьма сомнительных мероприятий для меня вопрос. Ладно, еще помочь галле, более прекрасных животных я никогда не видела, глядя в глаза этому животному, я впервые почувствовала отклик и это меня поразило. Я ее понимала, эхо эмоций доносилась до меня с помехами, как сквозь неплотно закрытую дверь, но я слышала, что ее беспокоит! Меня охватило чувство эйфории и счастья. Я смогла! Все эти вечерние тренировки были не зря!
Мне удалось сообщить Элоре, что не так с галлой, моя речь была несколько сбивчивой и эмоциональной, но в тот момент меня это совершенно не волновало.
А вот вляпаться в любовные разборки, при этом пытаться решить проблему под язвительные комментарии Морриган и проповеди о вечной любви Лилианы, Алистер мудро молчал, я бы присоединилась к нему в этом молчании, но поставить точку в споре и сказать этому горе-любовнику, что делать пришлось, точнее посекретничать с Гейной и убедить её дать шанс, своему воздыхателю. Хуже, то не будет.
Глядя на них, руки сами собой тянулись к амулету на шее, согревая воспоминаниями.
Провожали нас уде более дружелюбными взглядами, но стрелы были на тетиве. Спустя пару часов, мы наткнулись на раненного эльфа. Бросить его у меня рука не поднялась и пришлось идти обратно, Алистер, конечно, бурчал, но послушно нес долийца.

- Зачем нам это? Бросим его, ну хоть в ту реку и дело с концом.
- Нам нужны хорошие отношения с долийцами, если мы хотим выиграть Мор.
- Хорошие отношения со всеми невозможны.
- Попытаться стоит.


Обратно в лес, было принято решении пойти другой дорогой, в сумерках, мой взгляд зацепился за цветок и пока никто не заметил, я его быстро сорвала, осторожно упаковав в поясную сумку.
Спать в этом лесу было несколько жутковато из-за неестественной тишины и ощущения, что за тобой пристально наблюдают.
Следующий день был полон беготни: от кого-то, куда-то и зачем-то. Пообщаться с деревом, потом со спятившим стариком, потом постараться выжить, прочитав вслух слова на надгробии и перекинуться парой слов с оборотнями, окончательно утвердившись в мысли, что в этом лесу явно что-то не так. Темнит Затриан, когда отказался более подробно рассказывать об истоках проклятья, а Бегун, просто, не желал нам об этом говорить.
Сидя и наблюдая за огнем, давая отдых гудящим ногам, надеешься, что завтра последний рывок и про долийцев с их тайнами можно будет забыть. Хотя покидать лес будет грустно, в нем почти не слышно зова скверны и даже Тень, не так нагло утаскивает в сны.
Последним этапом в нашем путешествии по этому лесу были руины. Постройка несомненно была эльфийской и сдержать вздох восхищения было невозможно. Осколки величия древней, но павшей империи. Какого долийцам видеть подобное? Гложет ли их это или они все еще надеются вернуть себе былую славу? А те, кто живет в эльфинажах? А рабы Тевинтера?
Пробираясь по руинам и стараясь выжить, ощущаешь некую грусть, а еще желание понять, что же здесь произошло на самом деле.

- Амулет?
- В нем заключен дух. Он говорит, что готов обменять свои воспоминания на свободу.
- Тебе не надоело спать всех, кто попадется под руку?
- Не ворчи, всего-то провести небольшой ритуал и освободить его.


Глядя на осколки амулета, слышится незнакомый шепот в голове, а перед глазами картинки прошлого. Я не воин в отличие от него, но рукам хочется стиснуть рукоять клинка, а не отполированное древко посоха, мантия же, кажется совсем тонкой и ненадежной. Дух не соврал, он передал мне свои знание и воспоминания, но их было так много, что они смели меня на несколько секунд, а потом спрятались в глубине сознания. Когда будет время, я буду перебирать это сокровище, чтобы научиться и стать сильнее, а пока надо идти дальше.
Бой, быстрые формулы заклинаний, движение посохом и острое желание выжить, момент, когда ты чувствуешь себя свободным. Останься я в Башне, мне светили бы лишь книги, и я бы никогда, не ощутила это упоением боем.
Тишина, взгляд глаза в глаза и просьба о разговоре.
Они все, когда были людьми и не выбирали этот путь, как и ты.
Они просто пытаться жить, так же, как и ты.
Прокляты тут не только оборотни.
Хозяйка леса красива, той нечеловеческой, природной красотой, которая заставляет замереть и любоваться. Она же и рассказывает горькую правду, о том, что произошло на самом деле. Алистер тихо ругается за плечом, а спина ощущает режущий взгляд, взгляд в котором поселился страх. Все что остается, это собрать себя по кусочкам и выпрямить спину, твердо глядя в глаза Хозяйке, а она мягко и понимающе улыбается. В этом момент понятно почему оборотни готовы убить и умереть за нее. Даже несколько завидно, ведь она готова для них сделать тоже самое. Не важно люди, эльфы, гномы, маги, воины… Все мы с легкостью разрушаем, ломаем и пленяем прекрасное, а потом не хотим нести ответственность за свои поступки.

- Месть моя, как и боль, будет длиться вечно, дух. Это правосудие и более ничего.
- Только ли из-за боли ты не снимаешь свое проклятье? Говорил ли ты, смертному, как его сотворил? Говорил, что только оно поддерживает в тебе жизнь?
- И что? Я никогда не сниму с вас проклятье. Видишь, Страж, они звери, теперь ты на моей стороне?
- Нет. Освободи их!


Иногда все же случаются чудеса, а мы вспоминаем о человечности.
Они прощались с ней как с матерью, смотрели на нее и касались легко-легко, трепетно, в последний раз. И я до безумия завидовала им, крепче сжимая посох руками. Их проклятье спало, а мое будет со мной до самой смерти, тихо посмеиваясь во снах и наблюдая множеством глаз из тени.
Внутри поселилась горечь, теперь мне хотелось, как можно скорее покинуть этот лес.

@темы: фем!Серый Страж, Фанфик в работе, POV, PG-13, Het, Dragon Age, Angst, AU